Новости

Опубликовано Февраль 20th, 2016 | admin

2

Сергей Евдокимов: «Ульяновские болельщики — самые лучшие»

Лидерские качества, неуступчивость на поле и преданность команде – пожалуй, всё, что нужно для идеального капитана. И всё это было у Сергея Евдокимова. Именно при его капитанстве «Волга» добилась наивысшего результата в своей новейшей истории — бронзовых медалей чемпионата страны.

Сергей Михайлович Евдокимов

Родился 20 ноября 1964 года. Воспитанник ульяновского хоккея. В команде мастеров «Волги» — с 1981 года. Полузащитник. В Высшей лиге СССР и России провел за ульяновскую команду 14 сезонов, сыграл 341 матч, забил 46 мячей. Также выступал за команды СКА (Свердловск), «Кузбасс» (Кемерово), «Горняк» (Хромтау), «Старт» (Ульяновск). Чемпион VI Спартакиады народов СССР (1986 год) и VII Спартакиады народов РСФСР (1985 год) в составе сборной Свердловской области. Бронзовый призер чемпионата России по хоккею с мячом (1997 год). Второй призер первенства мира среди юношей (1981 год), третий призер первенства мира среди юниоров (1982 год). Серебряный (2000 год) и бронзовый (1996 год) призер Кубка России, бронзовый призер Кубка викингов (1996 год). Чемпион спартакиады школьников (1980 год). Чемпион мира (1998 год), двукратный чемпион России (1997 и 1999 гг.), двукратный серебряный (1995 и 1996 гг.) и бронзовый (2002 год) призер чемпионатов страны по ринк-бенди. Мастер спорта международного класса.

Сергей Михайлович, расскажите, с чего для вас начался хоккей с мячом. Какие впечатления были самыми яркими из спортивного детства?

Наша семья жила на Нижней Террасе, недалеко от стадиона «Волга». У нас был очень спортивный район — во дворе нашего дома стояла хоккейная коробка, которая была центром притяжения для всех местных мальчишек. Там я вместе с товарищами и начал осваивать хоккей с мячом. Среди них, кстати, были и будущие известные игроки, такие как Евгений Землянов, Александр Епифанов, Александр Ермолаев, Игорь Князев. Они же в 1972 году привели меня на стадион «Волга», к моему первому тренеру Геннадию Ивановичу Печканову. У него занимались ребята постарше, поэтому через сезон я перешел к Юрию Андриановичу Васильеву, который руководил молодежью моего возраста.

Интерес к хоккею в то время был огромным. Надо было видеть, как мы радовались, когда получали от старших товарищей свою первую форму. Конечно, она была уже не новая, но мы штопали ее, ушивали и все равно были очень довольны. Энтузиазм у нас был очень большой. Особенно в этом смысле на нас влияли старшие товарищи — Коваль, Землянов, Фасхутдинов. Мы смотрели на них и в хорошем смысле завидовали, очень хотелось быть на них похожими. Поэтому детские воспоминания у меня остались очень приятные. На «Волге» у нас всегда была очень дружная атмосфера.

Не обидно ли вам, что этот стадион долгое время находился не в таком хорошем состоянии, как раньше?

Да, он переживал не лучшие времена. Летом мы с ветеранами там в футбол играли — поле оставляло желать лучшего, да и бытовые условия не очень. Но сейчас его реконструировали, поэтому очень хочется, чтобы «Волга» вновь стала центром спортивной жизни Нижней Террасы. Все-таки здесь такой стадион один. В мое время он всегда был битком: тогда еще в полную мощность работала «Володарка», и весь завод был на стадионе. Летом играли в футбол, волейбол и городки, а зимой — ходили на массовые коньки и играли хоккей.

Можете вспомнить ваши первые официальные соревнования?

Интересно, что мой дебют в официальных состязаниях связан не с русским хоккеем. Год я уже точно не вспомню, но нашей команде пришел вызов на финал детского турнира «Золотая шайба». Там мы выступили не очень удачно, все-таки больше привыкли играть в хоккей с мячом. Но турнир все равно очень запомнился, ведь на него приезжал знаменитый Анатолий Тарасов.

Чуть позже я дебютировал в соревнованиях и по хоккею с мячом. Зональные турниры мы выигрывали регулярно, на финалах всегда завоевывали медали. Первая настоящая победа пришла ко мне в 1980 году на всероссийской Спартакиаде школьников, которую принимал Мурманск. Многие ребята, подходившие по возрасту, не смогли туда поехать, так как уже учились в техникумах. Например, Володя Бурханов из Димитровграда, который был в то время одним из самых талантливых моих сверстников. Но мы все равно тогда победили, хоть и было сложно.

В 1981 и 1982 годах вы вместе с национальной сборной выиграли медали первенства мира. Помните те эмоции?

Впечатлений была масса. Все-таки для советского человека, тем более для 17-летнего юноши, выехать за границу было чем-то удивительным. Что скрывать, в советские времена недоставало некоторых продуктов, вещей. А там все было доступно. Конечно, глаза разбегались.

Что касается самих турниров, то оба они были организованы очень хорошо, но, увы, нам не удалось выиграть. В 81-м году на первенстве мира среди юношей в Швеции мы заняли второе место, в следующем году на юниорских соревнованиях в Норвегии стали третьими. Наверное, нам не хватило практики участия в таких серьезных турнирах. Например, в матче против шведов в 82-м году мы вели 1:3 за семь минут до конца игры, но в итоге не достояли и проиграли 4:3.

Как вы оказались в команде мастеров? Хорошо помните свой первый матч?

В составе основной команды я дебютировал в 1981 году. Так получилось, что накануне матча с архангельским «Водником» «Волга» лишилась нескольких игроков: кто-то отбывал дисквалификацию, кто-то был травмирован. Я в то время еще играл в «молодежке» у Юрия Васильева, который и посоветовал меня главному тренеру «Волги» Анатолию Рушкину. Мне доверили место бортовика, на котором я и отыграл тогда весь матч. Конечно, волновался, тем более что играть приходилось на родном стадионе «Волга». Но старшие товарищи подбодрили, пообещали, что в случае чего помогут. Мы тогда крупно победили, и после матча мне сказали, что для своего возраста я отыграл хорошо.

А когда вы впервые примерили капитанскую повязку?

В 1985 году, когда Николай Афанасенко и Сергей Наумов уехали на чемпионат мира. Тогда Терехов временно назначил капитаном меня, и с повязкой я отыграл три или четыре игры. Было немного неловко, ведь были в команде ребята и постарше меня — но раз тренер сказал, значит надо. К тому же, ничего особенного от меня не требовали. Поприветствуешь соперников, пожмешь руку судьям — на этом все. Вот когда я стал капитаном в 90-ые, все было по-другому: я уже имел влияние на игроков, да и обязанностей прибавилось.

Каких, например?

Быть капитаном — очень большая ответственность, причем не только за команду, но и за город. Мы ведь и по стране катались, и за границу ездили. К тому же, нужно уметь подзарядить игроков перед матчем, к каждому найти свой подход. Люди ведь с разными характерами: одному нужно доброе слово, на другого надо прикрикнуть перед игрой для встряски. Важно и конфликты уметь решать с руководством. Если, например, обещанные премии не выплатили, то команда собирается и говорит: «Ты капитан, так что решай вопрос». Идешь к руководству, а там ведь тоже непростые люди сидят. Они тебе: «Объясни команде, что денег нет». Ну а как им объяснишь? Поэтому непросто было капитанскую повязку носить.

Давайте вернемся к началу вашей карьеры. Ближе к середине 80-х перед вами встала проблема службы в армии

Да, но желанием служить я, честно говоря, не горел. Поступил в училище и получил отсрочку на год, в то время все так делали. Но армия в лице известного тогда спортивного селекционера Александра Шварцмана до меня все-таки добралась. Он встретил меня на Кубке в Олимпийском и посоветовал приехать в Свердловск по-хорошему. В противном случае, обещал вытащить из Ульяновска директивой и провести по воинским частям. А жизнь в части все-таки не очень приятная, тем более для спортсмена. Делать нечего, я снялся с учета и переехал в Свердловск играть за СКА. Военную форму я практически не надевал, принимал присягу в клубе и числился тоже там. Мне назначили ставку в 120 рублей, основную часть которой я должен был отдавать одному из старожилов команды. Так было принято.

За два сезона в составе СКА я дважды выиграл Спартакиаду среди хоккеистов не старше 23 лет (VIII Спартакиаду народов РСФСР в 1985 году и VI Спартакиаду народов СССР в 1986 году). При этом не могу сказать, что победы дались нам тяжело. Благодаря стараниям Шварцмана, в команде собрались лучшие молодые игроки со всей страны. Помню, в одном из финалов мы обыграли Казахстан со счетом 7:2. Думаю, это красноречиво говорит о том, насколько легко мы прошли те турниры.

Не предлагали вам задержаться в Свердловске?

Да, предложили остаться прапорщиком. Не очень мне хотелось быть военным, поэтому я отказался. Хотя главный тренер Сивков пугал меня, причем даже не Афганистаном, что было на тот момент актуально. Я призвался осенью, а сезон заканчивался весной, и служить мне оставалось полгода. Вот Сивков и обещал мне в эти шесть месяцев сладкую армейскую жизнь устроить. Конечно, делалось это полушутя, но когда тебе, молодому парню, такое говорит великий игрок, капитан по званию, волей-неволей испугаешься. К счастью, Шварцман сдержал свое обещание и отпустил меня после удачного последнего сезона.

Как складывались дела у «Волги» после вашего возвращения?

Несколько сезонов мы держались в середняках, но затем, ближе к 90-му году, случился скандал с Кубком федерации. Турнир этот никому был нужен, команды играть не хотели. Но так как групповой этап проходил в Ульяновске, мы его выиграли, а вот на финал решили не ехать. В итоге на главный матч никто из игроков основы, кроме одного, не полетел. Начали искать виноватых, пострадал ряд игроков. Команда начала разваливаться, пропали сыгранность и доверие друг к другу. «Волга» играла все хуже и хуже, пока не вылетела в первую лигу.

После этого вы оказались в Кемерово…

Да, я не хотел играть в первой лиге, и мне из «Кузбасса» поступило приглашение на приемлемых для меня условиях. С оплатой проблем не было, с премиальными тоже, но, скажем так, побочные дела решены не были. Я решил уйти, и Володя Коваль позвал меня в Хромтау. У местного «Горняка», несмотря на то, что он играл в первой лиге, был очень сильный состав. Команде вполне было по силам выйти в Высшую лигу, но такой задачи просто не ставили. Запомнился Хромтау и шикарными условиями для хоккеистов. Директор местного хромового комбината был родом из Свердловска и очень любил русский хоккей. Он все делал для команды, вплоть до поездок на сборы в Швецию.

Тем не менее, в Хромтау вы не задержались?

Да, в 92-м году у меня умер отец, и я вернулся в Ульяновск, чтобы приглядывать за матерью. Под руководством Владимира Монахова играл в недолго просуществовавшем ульяновском «Старте», затем на кубке России в Архангельске выступал за димитровградский «Черемшан». Когда приехал с кубка, Анатолий Рушкин и Григорий Кушнир встретились со мной и рассказали, что возрождают «Волгу», и перед командой будут ставиться самые серьезные задачи. Я согласился вернуться в клуб. Сомнений никаких не было — Анатолий Григорьевич такой человек, что если сказал, значит сделает. Действительно, в команду пришли серьезные игроки, подросла хорошая молодежь. Вернули Юру Логинова, который был игроком уровня сборной. В итоге у нас собрался очень крепкий, боеспособный коллектив.

Результат не заставил себя долго ждать — в 1997 году «Волга» выиграла «бронзу» чемпионата страны. Расскажите о том сезоне.

Мы очень неплохо шли весь чемпионат, но переломный момент наступил для нас в матче с Кировом. «Родина» была нашим конкурентом за второе место в группе, которое давало право своего поля в плей-офф, и нам нельзя было ей проигрывать. В итоге мы сыграли с кировчанами вничью, и стали вторыми в группе после Архангельска. Я считаю, это была ключевая игра, которая придала ребятам уверенности в своих силах и создала тот задел, который помог команде добраться до медалей.

Нужно отметить и грамотное решение Анатолия Рушкина в серии с Иркутском. На гостевой матч было решено отправить дублеров, чтобы основной состав не тратил силы на тяжелые перелеты. В итоге на домашние матчи с «Сибсканой» мы вышли отдохнувшими, и после двух выигранных встреч взяли «бронзу».

5

Завоевание наград происходило на глазах у ульяновских зрителей. Помните реакцию трибун?

Конечно, эмоции перехлестывали и у нас, и у болельщиков. Мы ведь выиграли «бронзу» спустя ровно 20 лет после того, как «Волга» в последний раз заняла третье место. Вообще, я считаю, что ульяновские болельщики — самые лучшие. Если они видят, что ты плохо играешь — говорят это прямо в глаза, если играешь хорошо — и об этом скажут. Они справедливые и команду поддерживают при любых обстоятельствах. Даже в других городах я всегда и всем говорил, что в Ульяновске болельщики хоккей любят больше и разбираются в нем лучше.

Как считаете, что позволило тогда «Волге» добраться до третьего места?

Костяк команды составляли воспитанники местного хоккея, и мне кажется, что именно ульяновский дух сыграл ключевую роль в том успехе. Нас было ничем не сломить: мы могли уступать в классе, но бой сопернику давали всегда. Проигрывая 0:3, могли выиграть 4:3. Команда была очень сплоченная и неуступчивая. Думаю, именно это и сказалось на результате.

А как строилась игра той «Волги»? Был ли у команды свой, особый стиль игры?

Вообще, Анатолий Григорьевич всегда хотел играть только вперед, в атаку. И если мы чувствовали, что можем сопернику с десяток мячей забить, то так и играли, пусть и пропустим два-три гола. Но были ведь и команды с атакой посильнее, чем у нас. Тот же Архангельск, за который выступали 8-9 сборников. Приходилось перестраиваться и играть от обороны. Поэтому мы всегда варьировали тактику в зависимости от соперника и погодных условий. Если, например, из-за сильного снега была тяжело играть низом, то тогда делали диагональ, боролись, цеплялись за мяч и так забивали.

Раз уж вы упомянули Анатолия Григорьевича, что можете сказать о нем, как о тренере?

Он всегда мог настроить команду на матч и никогда никого не боялся. Кто бы против нас ни играл, он всегда говорил, что мы должны победить. Если не за счет класса, то благодаря желанию и самоотдаче. Не любил он проигрывать и нас всегда настраивал только на победу.

Как думаете, могла ли команда в том сезоне подняться выше третьего места?

Если оценивать реально, то навряд ли. В группе с нами играл будущий чемпион — архангельский «Водник», в составе которого было очень много сильных хоккеистов, человек восемь играли за сборную. Нам тяжеловато было с ними конкурировать, команда была очень хорошая, скоростная. И мы заняли именно то место, которое заслужили.

Почему не удалось повторить успех? Тяжело сказать. Наверно, не хватило стабильности. Мы пытались, но не получилось.

Кроме медали чемпионата, в вашем активе еще и кубковые «бронза» и «серебро». Скажите, какая из наград запомнилась вам особо?

В памяти остался полуфинал 2000 года. Мы тогда попали на Иркутск и по ходу матча уверенно вели 4:1. Не знаю, что тогда с нами случилось, но буквально за 15 минут счет стал уже 4:5 в пользу иркутян. Надо отдать должное ребятам, мы не сдались и на последних минутах все-таки довели матч до победы. Надо было видеть Рушкина и Кушнира, как она радовались тому, что команда проявила характер и спасла тот матч. Но в финале нас ждал «Водник», который в то время был флагманом русского хоккея. Его победить не удалось, и нам отошло кубковое «серебро».

Были у вас в карьере еще матчи, которые запомнились особо? И такие, которые вспоминать не хочется?

Да, был один примечательный матч. Встречались мы с «Динамо» времен Ефремова и Цыганова. Команда была очень приличная, всегда боролась за «золото». Так получилось, что в первой половине нам выпало играть по ветру. Уходим мы в раздевалку при счете 1:1, а «динамовцы» нам кричат: «Ну все, во втором тайме по ветру мы вас порвем!». А когда после перерыва вышли, оказалось, что ветер сменился! В итоге обыграли мы «Динамо» 4:1.

Были у нас и неудачные матчи, как, например, с командой из Березняков. Нам тогда были очень нужны очки, но мы им проиграли. Вроде и моментов много было, но забить никак не получалось. Не шла игра и все. Анатолий Григорьевич как нас ни настраивал, как ни ругался в перерыве, а ход матча мы так переломить и не смогли — проиграли то ли 4:2, то ли 5:3.

А была у «Волги» команда, игры с которой давались особенно тяжело?

Самым неприятным соперником был Первоуральск, мы с ними всегда «на ножах» были. Могли в гостях проиграть 7:0, а дома выиграть 8:1. Не знаю почему, но отношения у нас с ними не сложились. Может сейчас и изменилось что-то, но у нас «любимой» командой был «Трубник».

С кем из партнеров вам больше всего нравилось играть?

К нам на завершение из Архангельска приезжал Олег Батов, с ним было очень приятно играть. Он думающий игрок, действовать с ним в полузащите одно удовольствие. С Виталием Макаровым тоже было комфортно. Он еще молодой был тогда, но уже выделялся и техникой, и умением отдать точный и своевременный пас. Нынешним хоккеистам зачастую не хватает такого игрового мышления. К слову, таких мастеров, как Макаров, за последние годы больше не выросло. Он последний из ульяновских игроков топ-класса.

Виталий Макаров, кстати, как и вы играл с «восьмеркой» на спине. А есть у этого номера своя история?

Когда еще молодым приходил в команду, то свободным был 15-й, мне его и дали. Потом, когда нас собирал Рушкин, я захотел восьмой номер. Сейчас уже и не помню, почему. Так я под ним до конца карьеры и играл. Под восьмым номером, кстати, выступал и великий Монахов. Все-таки в «Старте» я провел с ним часть карьеры, многому научился.

Когда вы покинули большой хоккей?

Закончил я довольно поздно, в 39 лет, в сезоне 2003-2004. Было это при Евгении Манкосе. Тогда я играл на позиции центрального защитника — возраст сказывался, и скорость была уже не та. Манкос тогда как раз хотел команду омолаживать, да и тренировочный процесс у него был поставлен на физике. Я понял, что еще год предсезонки не выдержу, и заранее его предупредил, что закончу играть. Манкос отнесся с пониманием, сказал, что будет искать мне место тренера. Уже потом, когда президентом клуба стал Гайфуллин, он назначил тренером Батова, а тот позвал вторым меня. До этого я работал с командой под первую лигу, в ней играли еще совсем молодые Оськин и Карсаков.

По душе вам работа тренера?

Она-то может и по душе, но всегда все упирается то в одни проблемы, то в другие. Хорошо было бы тренировать, когда игроки есть, стадион хороший, финансирование. Работай спокойно, подсказывай. А у нас постоянно какие-то проблемы: то игроков нет, то денег, то еще что-то.

Изменился хоккей за время вашей карьеры?

Да, сейчас тактика игры совсем другая. Раньше, особенно в советские времена, в хоккей играли не так. Я говорю не только про Ульяновск. Сейчас вся страна, за исключением, разве что, Красноярска, взяла на вооружение шведский хоккей. Может, он и приносит результат, но красивым его не назовешь: игра от обороны, длинные передачи. Вспоминаю 70-е годы, когда мы с отцом ходили смотреть на знаменитых Курова, Рушкина, Дорофеева. На стадионе встать было негде, как они играли. Тогда действовали сразу в четыре нападающих, а сейчас даже Красноярск так не играет. Атак стало меньше, игра теряет свою привлекательность. Естественно, для болельщика это уже совсем не то. Хотя русский хоккей всегда славился именно скоростью, размашистостью атак и зрелищностью. Сейчас не только «Волга», но и большинство клубов не играют в такой хоккей.

С коньками и клюшкой вы не расстались до сих пор — вас часто можно увидеть на играх за ветеранов. Расскажите, как вы себя чувствуете на льду?

Естественно, возраст дает о себе знать, но у ветеранов и регламент легче: площадки покороче, продолжительность игры поменьше. А так, нормально себя чувствую, и даже в футбол еще играю за ветеранов. Многие из них, кстати, в отличной форме.

С появлением «Волга-Спорт-Арены» болельщики разделились на два лагеря — одни говорят, что в русский хоккей нужно играть только на открытом воздухе, другие не против понаблюдать за матчем в крытом стадионе. А у вас какое мнение?

Правы и те, и другие. Конечно, хорошо играть, когда на улице морозец и светит солнце. Но ведь не всегда такая погода в Ульяновске. И снег может зарядить, и дождь. Поэтому правильно сделали, что построили ледовый дворец, он нужен городу. Для Ульяновска это большое дело, с такими скромными возможностями построить такой объект. Я понимаю болельщиков, которым больше по душе хоккей под открытым небом, да и многие игроки предпочитают именно такие условия. В крайнем случае, можно просто чередовать матчи на воздухе и в закрытых помещениях, и тогда довольны будут и те, и другие.

А можете вспомнить самые экстремальные условия, при которых вам приходилось играть?

Много разных ситуаций было, даже по щиколотку в воде играли. Чемпионат раньше был растянут и заканчивался чуть ли не в конце марта, когда в некоторых регионах лед уже не держался. Иногда даже приходилось не кататься, а бегать. И в снегопады играли, и в туманы, причем в такие, когда с центра поля уже ворот не видно. Помню, был забавный случай, когда Коля Афанасенко с центра поля забил. Ударил куда-то в туман, нам-то не видно было, но судьи показали, что гол был.

Оглядываясь назад, довольны ли вы тем, как сложилась ваша карьера?

Я бы ничего не менял. Единственное, хотелось бы побольше повыигрывать с Ульяновском. Но получилось так, как есть, и я ни о чем не жалею. У меня появилось много друзей, не только в Ульяновске, но и в других городах, мы созваниваемся, общаемся. Я всем доволен.

Фото: volga-hc.ru, champion73.ru

Tags: , , , , ,


Автор публикации



Boris Fominykh
2016-02-28 13:15:27
А официальная версия была, что заболели, мол, игроки. И даже медицинские справки были.
Boris Fominykh
2016-02-28 13:16:33
Матерятся на трибунах уж точно, как нигде более.
Boris Fominykh
2016-02-28 13:15:27
А официальная версия была, что заболели, мол, игроки. И даже медицинские справки были.
Boris Fominykh
2016-02-28 13:16:33
Матерятся на трибунах уж точно, как нигде более.

Back to Top ↑
  • Погода

    Ульяновск
    -1°
    Cloudy
  • Наши партнеры

    Займ.me

    Финансовый портал Займ.me — новости экономики, микрофинансовых компаний и банков, все МФО и банки России, а так же их предложения по оформлению кредитов и займов на одном сайте.